Устрялов Николай Васильевич (См. Маслин, 2014)

Устрялов Николай Васильевич (март 1890, Петербург - 14.09.1937, Москва) - обществовед, публицист, видный деятель партии кадетов, один из идеологов сменовеховства. В 1916-1918 годы - приват-доцент Московского и Пермского университетов, сотрудник газета «Утро России». В годы Гражданской войны председатель Восточного отдела ЦК партии кадетов, руководитель бюро печати в правительстве А. В. Колчака. После падения омского правительства - эмигрант в Харбине, В 1921-1922 годы сотрудничал в сборнике и журнале «Смена вех», газете «Накануне», издававшихся в Праге, Париже и Берлине. В 1920-1934 годы - профессор Харбинского университета. После возвращения в 1935 г, в Советский Союз - профессор экономической географии Московского института инженеров транспорта. В 1937 году арестован и осужден по обвинению в антисоветской деятельности.

Уже в период Гражданской войны Устрялов пришел к выводу о необходимости в свете Октябрьской революции 1917 года пересмотреть философско-социологические основы русского либерализма. В книге «В борьбе за Россию» (1920) он развил политическую философию, требовавшую пересмотра взглядов на природу революции, сложившихся в кругах российской интеллигенции под влиянием сборника «Вехи», что позднее стало теоретическим фундаментом сменовеховства. В этой книге и последующих публикациях Устрялов подчеркивал стихийность и иррациональность революции 1917 года, одновременно указывая на ее национальный характер, таинственную нравственную глубину и «правду». Рассматривая революцию в качестве глубоко национального явления, Устрялов усматривал ее подлинный смысл в повороте на путь обновления русской культуры («гениально оживив традиции Белинского, она заставит Россию с потрясающей силой пережить и правду Тютчева, Достоевского, Соловьева» (Логика национализма / Новая жизнь. Харбин, 1920. 22 августа).

Придерживаясь основополагающего для либерализма принципа примата личности по отношению к обществу и государству, Устрялов вместе с тем акцентировал внимание на важности для переживаемого Россией момента мощного, хорошо организованного государства как средства выявления новой «всемирно-исторической истины», в данное время открывающейся человечеству ярче всего через русский народ и его страдания. Только «физически» мощное государство, полагал он, может обладать великой культурой, ибо существует мистическая связь между государственной территорией и государственной культурой.

Территория, по Устрялову — это наиболее существенная и ценная часть «государственной души». Лишь великое государство способно играть мессианскую роль. Послереволюционное развитие России, особенно после образования СССР, вселяло в него надежду в возможность осуществления русской идеи. Свои социально-политические позиции Устрялов обозначил как «национал-большевизм». Стремление советской власти покончить с революционным хаосом, укрепить российскую государственность, защитить страну от иностранной интервенции, по его мнению, устраняло ведущий мотив борьбы интеллигенции с большевизмом - национально-патриотический. Главной целью всех патриотических сил должно стать теперь содействие в «собирании», восстановлении России как великого и единого государственного организма.

Устрялов настаивал на признании Советской власти в качестве орудия воссоединения окраин с центром, укрепления престижа России на международной арене. Считая возможным сотрудничество с новой властью в национальных интересах, Устрялов рассчитывал при этом на ее внутреннее органическое перерождение, изживание в ней революционно-максималистских элементов и переход к эволюционному развитию, хотя и не сулящему мгновенных результатов, но способному привести к национальному возрождению.

Нэп был воспринят им как эволюция к буржуазному способу организации общественной жизни, где вслед за первой волной нэпманов и спекулянтов должна прийти «созидательная буржуазия», и в первую очередь - «крепкий мужичок», без которого невозможно никакое оздоровление сельского хозяйства - основы благополучия страны. При этом он неоднократно подчеркивал, что не абсолютизирует буржуазный порядок, что не отрицает некоторых положительных достижений революции в социально-политической сфере. Глубинный смысл происходящих в стране перемен Устрялов истолковывал как бунт против того, что славянофилы называли «внешней правдой», «рационализмом западной культуры», против того, что Герцен характеризовал как «мещанство европейского духа».

Главное значение русской революции он видел в том, что она открыла дорогу эпохе коренных перемен в духовной жизни народа, перехода в «иной план» исторического бытия и культурно-национального самосознания. Экономический строй и форма государственного устройства, полагал Устрялов, только тогда способны осуществить свою задачу восстановления здоровья нации, когда внутренне проникнутся культурно-национальными, органическими началами, соответствующими русской идее. Советская форма политического устройства, очищенная от коммунистических элементов, по мнению Устрялова, способна решить задачу создания «органического государства». На основе идейной платформы Устрялова, которую можно охарактеризовать как либеральный консерватизм, в сменовеховском движении сформировалась группировка, именуемая в литературе «правым крылом», в отличие от участников движения, объединившихся вокруг берлинской газеты «Накануне» и симпатизировавших социалистическим идеям.

В. П. Кошарный

Русская философия. Энциклопедия. Изд. второе, доработанное и дополненное. Под общей редакцией М.А. Маслина. Сост. П.П. Апрышко, А.П. Поляков. – М., 2014, с. 662-663.

Рубрика: